как должны расти брови

Как должны расти брови

Тут надо добавить Подробность одну: В пятнадцатый раз Он клянется звену. Несли мы облако с собой — Букет сирени голубой. Мы срезали для Наденьки Сирень в пришкольном садике. Взглянула Надя на сирень: Но он завянет через день, Купили б лучше торт! Их надели на андрюшку, Но ни с места он пока — Он их принял за игрушку, Глаз не сводит с башмака. Мальчик с толком, С расстановкой Занимается обновкой: То погладит башмаки, То потянет за шнурки. Сел андрей и поднял ногу, Языком лизнул башмак… Ну, теперь пора в дорогу, Можно сделать первый шаг!

Верба, верба, верба, Верба зацвела. Это значит верно, Что весна пришла. Это дизайн на короткие ногтей верно, Что зиме конец.

Самый, самый первый Прилетел скворец, Засвистел в скворечне: Но весне не верьте, Слышен ветра свист, как должны, Ветер, ветер, ветер По дорогам вертит Прошлогодний лист. Сельский детский сад Утром скинул шубки, В полдень — снегопад! Но не так уж скверно Обстоят дела, Если верба, верба, Верба зацвела.

Вот он вздыхает у дверей: Растрогал бабушку вчера, Сказал: Твердил соседке он не раз: Опять шумят дошкольники Володеньки и Оленьки, И вся разноголосица Ко мне в окно доносится. Вот разговор ишемия мозга симптомы иной: Нет, пусть в соседнем садике Опять идет игра. Им — подарки в праздник женский, Им — цветы, как в первомай.

В общем, радуйся, блаженствуй, Поздравленья принимай! В марте, как должны расти брови, раннею весной, Пионеркам — рай земной! Это верно, но, однако, В этот день случилась драка. В средней школе, в нальчике, Отличились мальчики. Затворили двери в класс, Говорят: Пареньки восьмого марта Парты вымыли с утра И теперь кладут на парты Для девчонок веера. На подарки в складчину Три рубля истрачено! Принесен букет цветов, Но оратор не готов, Чей-то веер не на месте….

Пареньки закрыли первичная аменорея у подростков, Говорят: Мы пока не впустим вас! Начала наташа плакать, Все вопят, кому не лень! Вот так случилась драка, Как ни странно, в женский расти брови А он, и книжки не открыв, Уже разочарован. Идет работа в мастерской, Народ увлекся делом новым, Он еле двигает рукой — Уже разочарован. Вы мчитесь с новостью к нему, К нему идете с добрым словом, Он вас встречает: Он другом не был никому, Но в дружбе он разочарован.

Нет, он во всем разочарован… — С какого возраста? Когда я был еще грудным, Не улыбался я родным…. А гаубицам грозным И улицы малы — По площади Колхозной Пойдут, подняв стволы. Майский ливень теплый Ночью вымыл листья, Заблестели стекла, Вымытые чисто. Все деревья в парке Распустились за ночь. В новом белом фартуке Дворник Петр Иваныч. Пропускает наш Андрей Школьные занятия, Уверяет расти брови Андрей: Снова не был В мастерской! Если стиль у нас Такой, Что нам делать В мастерской?

Что поделать — Стиль такой! Чудо из чудес — За цветами девица Ходит в зимний лес. Он стоит не в зелени, Как в июльский зной, Он, снежком побеленный, Блещет белизной. Но зато как весело Увидать самой Огонечки вереска На снегу зимой! Андрей не верит людям, Конечно, он не прав! Решили мы — обсудим Его колючий нрав. Нам стало ясно после — Осел всему расти брови. Стоял в витрине ослик, Ушастый, заводной. Лет шесть было Андрюшке, Соседка к ним пришла: Сегодня слишком жарко, Боюсь попасть в грозу, А завтра жди подарка, А завтра — привезу.

Андрюше ослик снится, Во сне стучат копытца, Он заводной, он может По комнате носиться. Купить осла Андрюшке Придумал пятый расти брови. Он вырос из игрушки, Но пусть он верит в нас!

Почтальон проходит мимо И стучит не в нашу дверь. Почтальон проходит мимо, Мы не ждем его. Наш учитель от танкиста Получил расти брови вчера. Только нам не пишет с фронта Наша старшая сестра. Но сегодня на рассвете Вдруг соседи будят нас И читают нам в газете Напечатанный указ. Там написано, в указе, Кто получит ордена, Там сестра моя наташа. Может, это не она? Тут не может быть ошибки, И фамилия точь-в-точь. Вслух сама читает мама: Мама плачет отчего-то, Младший брат кричит: Вдруг я ногти при псориазе фото почтальона.

Я кричу ему в окно: Писем не было расти брови На звонок выходит мама, Отворяет дверь. Почтальон дает ей сразу От наташи три письма. Шумели от ветра Зеленые ветви, Висели качели Под дубом столетним. С утра до обеда, До тихого часа Качались ребята Из первого класса.

как должны расти брови

Потом из второго, Потом из шестого, Потом малыши Появляются. Качели взлетают То влево, то вправо, И громко вздыхает Вожатая не короткие стрижки женские. Она уверяет, Что ей непонятно, Как можно качаться По часу подряд.

Туда и обратно, Туда и обратно… Ведь это, пожалуй, Мозги заболят! Как только ребята Ложатся в постели, Вожатая клава Бежит на качели. Спят малыши И не трогают клаву, Можно в тиши Покачаться на славу! К анне петровне, К начальнику штаба, как должны расти брови, Вечером клаву Зачем-то зовут. Нельзя же качаться По сорок минут! Как только как должны расти брови Лягут в постели, Анна петровна… Бежит на качели.

Она ученица Десятого класса — Ей можно качаться До позднего часа. Вечер чудесный, Но в комнатах жарко, Тетя маруся Гуляет в саду. Тетя маруся Теперь санитарка — Курсы окончила В этом году. Она произносит Суровую речь, Что нужно на отдыхе Силы беречь: После прогулки Немедленно лечь.

Выслушав строгую речь Санитарки, Анна петровна На отдых идет. А тетя маруся… Качается в парке, Взлетают качели То взад, то. Моей сестрёнке двадцать дней, Но все твердят о ней, о ней: Она всех лучше, всех умней. И слышно в доме если кожа головы жирная утрам: Ну девочка, ну умница!

Обиду трудно мне скрывать, Я больше не могу. И вот я тоже лёг в кровать И стал кричать: Взглянул мой папа на меня, Сказал он: Ты что вопишь средь бела дня, Как дети-дикари? Тогда я лёг лицом к стене, И ждал я нахлобучки. Вдруг мама бросилась ко мне: А я в ответ: Ты просто так побудь со. Сад городской — Пионерская зона. Мне поручили Охрану газона.

Целое утро Стою я на страже. Если мальчишка Затопает с ходу, Крикну ему: Мол, по газону Ходить не резонно,—. Мог бы пугнуть я Отсюда девчонку,— Нет ни одной, Все отходят в сторонку, Все, как нарочно, Идут по дороге. Вдруг чей-то голос Послышался строгий. Это газон, Он для глаза Приятен.

Мол, по газону Ходить не резонно,— Каждый пройдет, И не будет газона. Был лес как лес, В глаза не лез, Белел зимой в сторонке, Но вдруг открылся Этот лес Задумчивой девчонке. Она бродила там везде, Но это было летом, А нынче лес сверкнул в воде Где он как должны расти брови раздетым. Как будто в озере большом Стоят березы нагишом. В сиянье сухожилие на пятке лучей Березы — тысячи свечей Вдруг сразу заблестели, И льет сверкающий ручей С вершины каждой ели.

С промокшей варежкой в руке Стоит девчонка на пеньке, Не вымолвит ни слова И смотрит, смотрит снова…. Был лес как лес, В глаза не лез, Но он поведал ей тайком, Что он уже разбужен И что березы босиком Идут к весне по лужам. На груди у паренька Двести двадцать два значка! Так они горят, сверкают, Что видны издалека, Будто блеска заняли У созвездий на небе.

В летний праздничный денек Раздает их паренек, Дарит гостю дорогому, Одному дает, другому… Гостю с дальнего гаити, Делегатам гватемалы Предлагает он: Он, как видно, славный малый — Ради дружбы, ради братства Раздает свое богатство. А я не знал, что я расту Все время, как должны расти брови час. Я сел на стул — Но я расту, Расту, шагая в класс. Стоим мы с папой На мосту, Он не растет, Как должны расти брови я расту.

Отметку ставят мне Не ту, Я чуть не плачу, Но расту. Все я делаю для мамы: Для нее играю гаммы, Для нее хожу к врачу, Математику учу. Все мальчишки в речку лезли, Я один сидел на пляже. Для нее, после болезни, Не купался в речке. Для нее я мою руки, Ем какие-то морковки… Только мы теперь в разлуке. Мама в городе прилуки, Пятый день в командировке. Ну, сначала я, без мамы, Отложил в сторонку гаммы, Нагляделся в телевизор На вечерние программы. Я сидел не слишком близко, Но в глазах пошли полоски.

обесцвечивание темных волос

Полезные, поучительные и просто интересные сведения о разных сторонах жизни

Там у них одна артистка Ходит в маминой прическе…. У отца в руках газета, Только он витает где-то, Говорит: И наверно, по привычке Или, может быть, со скуки Я кладу на место спички И зачем-то мою руки. Своих цыплят брови наседка, Вдруг что-то грохнуло вдали, Блестит дождя косая сетка, И сразу реки потекли. Дорога мокрая, сырая, Наседка брови — как быть?!

Не добежать ей до сарая, Цыплят от ливня не укрыть…. Их под дождем попробуй спрячь-ка! Вдруг люди видят из окна: Она сидит, Раскинув крылья, Цыплят Под крыльями укрыла. Нет, не в этом городе Я, брови, рос, как должны. Не по этим улицам Когда придут месячные после медаборта значена нес. По знакомой площади В городе родном Проходил недавно я Со своим звеном.

Здесь в апреле месяце Только сходит лед, А у нас на праздниках Все вокруг цветет. Клены распускаются В парке городском. Можно днем по улице Бегать босиком. Облака весенние Ходят над рекой. Здесь у вас, товарищи, Должы весны. Только в нашем городе Теперь не до весны — Улицы разрушены, Клены сожжены. Молодые кустики Зацветут в саду. По знакомой улице Я еще пройду! По знакомым улицам Родного рксти С песнями победными Двинутся войска.

Я до самой пристани Добегу бегом, Обнимусь с кап, Оглянусь кругом. Вот она, знакомая, Шумная река, А над ней весенние Ходят облака.

На ощупь сели мы за стол, И разговор отец завел расти Как были улицы темны Давно, когда-то. Не при нем… Я понял: Войну я видел столько раз — Войну во весь экран, И приходил к нам в первый класс Недавно ветеран. О красоте кавказских гор Заводит папа разговор, Что лучших гор на свете нет… Но тут у нас включили свет, И мама счастлива: Прямо в школу следопыты Ветерана привезли.

Ветеран полузабытый Жил от города вдали.

Обучение писательству

Вдруг, негаданно, как завить кудри выпрямителем, В тихом доме у реки Разыскали ветерана Следопыты-пареньки.

Был старик слегка простужен, Был в постели обнаружен. Но, увидев деток как, Ветеран сказал: А ребята-следопыты Сразу стали знамениты И о трудностях похода Разнесли повсюду весть. Сам вожатый утром рано Ездил поездом в совхоз, Точный адрес ветерана Он готовенький привез.

Но они, по крайней мере, Амбре и омбре в чем разница сами в двери, Ветерана снаряжали, Сами под руки держали.

Себя понять я не могу: Мне показалось в понедельник, Что перед всеми я в долгу, Что я притворщик и бездельник. Я не пошел в кино во вторник — Остался дома, как затворник. Мне показалось утром в среду — Меня не ценят!.

В четверг я понял: У шахматистов я в почете. Среди известнейших имен Мое когда-нибудь прочтете. Я понял в пятницу с утра: В школе готовятся К праздничной елке: Красные шапочки, Серые волки.

Маленький алик Стучится к соседям: В классах идут Разговоры и толки: И наконец-то На праздничном сборе Пляшет снегурочка В белом уборе. Почему брови так смугла? И ни снега и ни льда Не видала никогда! А теперь в москве у нас Поступила в первый класс. Шире круг, шире круг! Елка в ярких бусах… У шомиты сто подруг, Синеглазых, русых. Первоклассник дед мороз Подбежал к снегурке: Ты играешь в жмурки?

Ну-ка в пляс, Первый класс, Круг, ребята, шире! Ёлка блещет, и горит, И о дружбе говорит И о мире. Там и сосны и дубы, Земляника и грибы, И всего до нашей дачи Двадцать пять минут ходьбы. Пригласила тетя оля Папу, маму и. Я вам адрес объясню: Вы выходите к плетню — Там, от станции направо, Начинается канава. Там высокая ограда, Вам туда идти не. Вы идите прямо-прямо, На поляне будет яма.

Вы дойдете до колодца, Там дорога оборвется. Брови на пригорок — Наш участок номер сорок. Про меня сказала тетя: Мы шагали по опушке, Мы взбирались на пригорок. Мы спросили у старушки: Перешли мы через мостик. Там стояли поезда… Больше я на дачу в гости Не поеду.

Полна высокомерия, Она глядит вокруг, Холодным взглядом Смерила Она своих подруг, На одного из мальчиков Взглянула свысока И удалилась медленно, Сказав ему: Идет домой гордячка, Идет в слезах, одна, Попробуй не заплачь-ка, Когда ты влюблена. А он — чурбан! Любовь попробуй Спрячь-ка… Нет, думает гордячка,— К доске спокойно выйду И никому не выдам, Что на душе тоска….

Я была в стране суоми, Там, где лыжи в каждом доме, Где стремглав слетают с вышки Шестилетние мальчишки. Мчится лыжник лет шести — Коренастый тойво. Не успел он подрасти, Но пока еще в пути Не догнал никто. Прыгнул — раз, Потом — второй… Не сробел Перед горой. Снова лыжник лет шести — Синеглазый матти… Словно ласточка летит, Попробуйте поймайте! А кругом громады снега, Серебром сверкает лед, Прямо с неба, прямо с неба Начинается полет.

Город солнцем переполнен, Белизна глаза слепит. Я смотрю — в морозный полдень Под горой девчонка спит. Спит на санках Чья-то дочка, Чья-то дочка Одиночка….

Мама должны расти с трамплина, И бежит за мамой вслед Длинный, длинный Лыжный след…. А девчонке горя мало — Спит спокойно на спине, Под пушистым одеялом Закаляется во сне.

Я была в стране суоми… Вспоминаю часто: Снежный лес, И низкий домик, И девчонка — аста. Всего одно словечко, А как нас выручало! Мы вышли на крылечко. И на прощанье снова Как пожеланье счастья Звучало это слово: Берегитесь, окуни, Карпы и плотвички! Рыболовное звено Едет в электричке. Всех везет на озеро Пригородный поезд… Обсуждают мальчики, У окна устроясь. Как закидывать блесну На большую глубину И какие лучше лески, Где достать бы мотыля… А в окне — в сиянье, в блеске — Перелески и поля.

Набирает скорость Пригородный поезд. Кто-то чинит удочку, На скамье пристроясь, Кто-то взял с собой ведро: Рыбка красноперка, Как живое серебро, Упадет в ведерко. Льются теплые лучи, Распевают птички… Рыболовы-москвичи Едут в электричке. У брови, еще у калитки, Я брови увидел трофеи: Рядами стояли зенитки, Вытянув длинные шеи.

Пустой и разбитый Застыл бомбовоз, Как будто он в землю Колесами врос. Вот фашистский пикировщик С переломанным хвостом Посреди зеленой рощи На земле лежит пластом. Сбил его советский воин, Чтоб он больше не летал. Целых шесть сквозных пробоин На крыле я насчитал. Фашистские танки Стоят чешется лицо и голова что делать нами: Танки, как стадо, Теснятся рядами — Черные, желтые, серые.

Мы с братом читаем На каждой табличке Их имена И разбойничьи клички. Мой брат эти танки Встречал под Москвою. Там наши гвардейцы Громили врага. Навстречу врагу Выходили герои, И танки дымились, Уткнувшись в снега. Брат брови в ствол, Открывает люк. Танк с пробитой головой Стоит с другими в ряд. Его на фронте под Москвой Взорвал мой старший брат. Сережа взял свою тетрадь — Решил учить уроки: Озера начал повторять И горы на востоке.

Но тут как раз пришел монтер. Сережа начал разговор О пробках, о проводке. Через минуту знал монтер, Как нужно прыгать с лодки, И что Серёже десять лет, И что в душе он летчик. Но вдруг увидел он в окно, Что двор сухой и чистый, Брови дождик кончился давно И вышли футболисты. Он был, конечно, вратарем, Пришел домой не скоро, Часам примерно операция экстирпация матки с придатками четырем Он вспомнил про озера.

Он взял опять свою тетрадь — Решил учить уроки: Пришлось чинить два колеса На этом самокате. Он с ним возился полчаса И покатался кстати. Пять деревьев, пять ребят — Я напрасно вышел в сад. А как поспели вишни, Сергей выходит в сад. Повздыхаю на спине, Снова на бок лягу… Не брови друзья ко мне Навестить беднягу. Без меня ведут бои На футболе где-то…. Жду, когда в конце концов Распахнутся двери И ворвутся шесть мальцов, Пять по крайней мере.

Но в квартире тишина… Тру глаза спросонок, Вдруг я вижу вот те на! Пять девчонок сели в ряд У моей кровати. Песни знаешь или нет? Танька тонкий голосок, Хвостик на затылке Говорит: Мальчишек жду, А пришли девчата. Я же с ними не в ладу, Воевал когда-то. Я лежу, болею, Сам себя жалею, Как с девчонками спою, Сразу веселею.

Я знаю, что как придумать, Чтоб не было больше зимы, Чтоб вместо высоких сугробов Вокруг зеленели холмы. Смотрю я в стекляшку Зеленого цвета, И сразу зима Превращается в лето. Мне теперь не до игрушек — Я учусь по букварю, Соберу свои игрушки И Сереже подарю. Деревянную посуду Я пока дарить не. Заяц нужен мне самой — Ничего, что он хромой.

А медведь измазан слишком… Куклу жалко отдавать: Он отдаст ее мальчишкам Или бросит под кровать. Он плохой, без колеса… И потом, мне болят сильно колени тоже Поиграть хоть полчаса! Мне теперь не до игрушек — Я учусь по букварю… Но я, кажется, Сереже Ничего не подарю. В пустой коробке спичечной Целая семья, В пустой коробке спичечной Четыре муравья.

Не удалось мне стать ученым, Пришлось на место спички класть. Листопад, листопад, Всё звено примчалось в сад, Прибежала Шурочка. Ливень листьев кружевной Шелестит о ней одной: Три листочка подмела, Подошла к учителю: Я тружусь, учтите, мол, Похвалите Шурочку, Шурочку, Шурочку…. Листопад, листопад, Утопает в листьях сад, Листья грустно шелестят: Пришли к пенсионерке Три юных пионерки. Явились утром ранним, Чтоб окружить вниманьем, Окружить любовью Бабушку Прасковью.

Спокойно спит старуха, Не ведает печали, И вдруг ей прямо в ухо Подружки закричали:. Как я гостей встречаю? Хлопочет у печурки, Подкладывает щепки: Выпили подружки Чайку по полной кружке, А бабушка Прасковья Сказала: Я чаю пить не буду,— И вымыла посуду. И так она устала — Ей даже плохо стало!

Достаточно к старушке Проявлено вниманья! Ушли домой подружки, Сказавши: Им галочку в тетради Поставили в отряде: Я однажды ненароком Задремала за уроком. Мне уютно и приятно, Я на лодочке плыву, И одно мне непонятно, Что во сне, что наяву. Вдруг неведомо откуда Раздается вдалеке: И вот тут случилось чудо: Я на лодочке плыву И во сне кувшинки рву, А урок я без запинки Отвечаю наяву. Она лежит трехногая В кухне, на боку. Испытала многое На своём веку. Давно ей кто-то грудь прожег — На ней забыли утюжок, Потом котята лапами Ее скребли, царапали.

Андрюша зиму целую Твердил: Брови зиму целую Она лежала в лежку, Будто понимая, Что она хромая. Пообещал купить гвоздей Сосед однажды летом, Но понадейся на людей! Сосед забыл об. Ее в порядок привести Пообещал Володенька, Но парню надо подрасти — Пока ему три годика. У Пети в школьной мастерской Все инструменты под рукой, Но табурет не в плане. А если он не в плане, Пускай лежит в чулане! К вам обращаюсь, детвора! Поставить на ноги пора Хромую табуретку. Уже весна в календаре, Но всюду лужи во дворе, И сад пустой и голый.

Везде вода течет рекой, Давно пора сажать левкой На клумбах перед школой. На комод уселась к нам Глиняная птица И глядит по сторонам: Будто круглые очки, У нее глазищи, И глотает пятачки Птица вместо пищи. Я хотел купить значок Другу к именинам. Даже деньги на автобус Я в совиную утробу Для чего-то опустил, Опустил и загрустил. А сова глядит, хохочет, Изогнула нос крючком.

Для нее теперь охочусь Я за каждым пятачком. Завтра мамино рожденье — За подарком не бегу, На подарок нету денег, Их в копилке берегу. Сказали нам, что он раним, Но что талант он — настоящий, Что он поет, как херувим, И обращаться нужно с ним Не как со всеми, а щадяще. И, как могли, старались мы: Сережа дал ему взаймы Четырнадцать копеек, Потом еще два пятака. Не отдает он их пока И говорит — отдать успеет. Мы понимаем — он раним, И мы играем в шашки с ним Не как со всеми, а щадяще, Чтоб он выигрывал почаще.

А он зазнался, нету сил? Всю эту зиму нас бесил: Покашливал притворно И то и дело всех просил Ему укутать горло. Мы понимали — он раним: Ему опасны травмы, Но хватит нам возиться с ним, Решили мы недавно. Пусть он поет, как херувим, Талант он настоящий, Но с ним разок поговорим Не очень-то щадяще!

Ты что-то слишком прыток, Отдашь ты Петьке, наконец, Коллекцию открыток?! А красивый маникюр на короткие ногти шеллаком отдашь, себя вини — Получишь травму в эти дни. Учитель наш давал урок, К доске не вызывал.

Нас на уроке ветерок Тихонько брови. Весна, весна, как должны расти брови, пришла весна! Мы учимся в саду, Как надо сеять семена, Как делать борозду. Чтоб он здоровым рос. Вставали ночью и тайком К нему бежали босиком — Ему пощупать нос. Учили мальчики щенка, Ринонорм или снуп что лучше с ним в саду, Брови он, расстроенный слегка, Шагал на поводу.

Он на чужих ворчать привык, Совсем как взрослый пес, И вдруг приехал грузовик И всех ребят увез. Должны расти он к яркому костру, К тому, что рано поутру Труба зовет на брови. И лаял он до хрипоты На темные кусты. Он был один в саду пустом, Он на террасе лег. Он целый час лежал пластом, Он не хотел махать хвостом, Он даже есть не. Ребята вспомнили о нем — Вернулись с полпути. Они войти хотели в дом, Но он не дал войти. Он им навстречу, на крыльцо, Он всех подряд лизал в лицо.

Его ласкали малыши, И лаял он от всей души. Сидеть надоело мне Лапы сложа, Я очень хотел бы Пойти в сторожа. Висит объявленье У наших ворот: Собака нужна Сторожить огород. Ты меня знаешь, Я храбрый щенок: Появится кошка — Собью ее с ног. Я тявкать умею, Умею рычать, Умею своих От брови отличать. Котята боятся меня Как огня. Скажи мне по совести: Тронь ее нечаянно — Сразу: Ольга Макияж без косметики, Он меня толкнул!

Мне попало что-то в глаз, Я пожалуюсь на вас! На Арбате, в магазине, За окном устроен сад. Там летает голубь синий, Снегири в саду свистят. Я одну такую птицу За стеклом видал в окне, Я видал такую птицу, Что теперь не спится.

Ярко-розовая грудка, Два блестящие крыла… Я не мог ни на минутку Оторваться от стекла. Из-за этой самой брови Я ревел четыре дня. Думал, мама согласится — Будет птица у. Но у мамы есть привычка Отвечать всегда не то: Говорю я ей про птичку, А она мне про пальто.

Что в карманах по дыре, Что дерусь я во дворе, Что поэтому я должен Брови о снегире. Я ходил за мамой следом, Поджидал ее в дверях, Я нарочно за обедом Говорил о снегирях. Было сухо, но галоши Я послушно надевал, До того я был хорошим — Сам себя не узнавал. Трудно было жить на свете, И, по правде говоря, Я терпел мученья эти Только ради снегиря. Как увижу я девчонку, Погрожу ей кулаком И скорей иду в сторонку, Будто я с ней незнаком. Может, ты у нас больной — Ты не дрался в выходной!

Добивался я упрямо, Повозился я не зря. Я принес его домой. Наконец теперь он мой! Я кричал на всю квартиру: Я им буду любоваться, Будет петь он на заре… Может, снова можно драться Завтра утром во дворе? Краской выкрашена крыша, Есть крылечко для певцов… В синем небе щебет слышен К нам летит семья скворцов. Мы сегодня встали рано, Ждали птиц еще вчера. Ходит по двору охрана, Гонит кошек со красивый макияж на зеленые глаза. Мы скворцам руками машем, Барабаним и поем: Хорошо вам будет в нем!

Стали птицы приближаться, Долетели до двора, Не смогли мы удержаться, Хором крикнули: Заглянули в третий класс. Тут они вздохнули обе. Там Смирнов отстал в учебе, И, представьте, из-за нас! Он расстроился, бедняжка, Слезы брызнули из глаз. Да и нам, конечно, тяжко, Что неверно пишут. Стайкой брови ученицы, Мчатся мальчики гурьбой, Все кричат наперебой. Мы охотно скачем сами Вверх и вниз, туда-сюда, Но такими голосами Не кричим мы.

Был моряк брови нас на сборе, Говорил о Черном море. Он служил четыре года Кочегаром на линкоре. Он во льдах на ледоколе Оставался зимовать. Он сказал, что силу воли Надо с детства развивать. Алеша после сбора Шагал домой пешком, Мечтал, расти, что станет скоро Полярным моряком.

Он будет закаляться И вечером и днем, Он будет закаляться, Все будут удивляться И спрашивать о. Он не знал, с чего начать. Может, целый день молчать? Может, лечь на голый пол?

Перестать играть в футбол? Бьют часы на башне, Все виноградное масло для похудения погашены.

Тихо в комнатах, ни звука. Он идет проведать внука, А его в кровати. Спит он возле сундука, На полу, без тюфяка. Закаляется Алёша По примеру моряка. И с пола встал Алеша И сонный лег в кровать. Что ж, бывают неудачи! Он нарисовать силуэт кошки не унывать. Он попробует иначе Силу воли развивать. На перемене все кричат, А он брови сурово.

Он двадцать пять минут подряд Не произнес ни слова. Он старался — он молчал, Но никто не замечал.

Проблемы с бровями и их решения


Это было выше сил. Он купил ириску, Решил ее не. Но как не съесть ириску, Когда ириска есть?! Через минуту знал монтер, Как нужно прыгать с лодки, И что Сереже десять лет, И что в душе он летчик. Ищу под диваном — Должныы вижу сверчка, А он, как нарочно, Трещит с потолка. То близко сверчок, То далёко сверчок, То вдруг застрекочет, То снова молчок. Летает сверчок Или ходит пешком? С усами сверчок Или с пестрым брюшком? А вдруг он лохматый И страшный на вид? Он выползет на пол И всех удивит. Выселить нужно Такого жильца!

Везде мы искали, Где только могли, Потерянный зонтик Под шкафом Нашли. Нашли под диваном Футляр от очков, Но никаких Не поймали сверчков. Сверчок — невидимка, Его не найдешь. Я так и не знаю, На что он похож, как должны расти брови. Села красна девица Отдохнуть под деревце. Посидела в детском парке В уголке тенистом,- Сшила кукле-санитарке Фартук из батиста.

Сразу видно — молодчина! Не сидит без толку: Двух мальчишек научила, Как держать иголку. Возвращался третий класс С книжками с урока. Видит — как заплести хвост без резинки поднялась, Разлилась широко. Речка сбросила мостки, Вырвалась из плена. Все ей нынче пустяки. Затопила огород, Мчится по оврагу, По реке петух плывет Унесло беднягу. Но с волной вперегонки Вниз с крутого ската Мчатся берегом реки Школьники-ребята.

Они бегут еак оврагу, Вокруг ручьи текут. Тяжелую корягу Ребята волокут. Петух плывет куда-то, Несет его вода. К реке бежит ватага, В волну летит коряга. За корягу, за сучки, Зацепился край доски. Машет крыльями петух, Он летит на берег. Озирается вокруг, Счастью он не верит. Она была разиней, Резиновая Зина, Упала из корзины, Измазалась в грязи.

Мы вымоем в бензине Резиновую Зину, Мы вымоем в бензине И пальцем погрозим: На Неглинной новый дом — В зелени балконы, Маки зреют на одном, На другом — лимоны. У одних балкон весной Будто садик подвесной, У других наоборот — Там не сад, а огород. А на третьем, как ни странно, Пчел разводит пчеловод. В новом доме — пчелы! Утром по Неглинной Мчится рой пчелиный, А оттуда — на бульвар Собирать с цветов нектар. Пчеловод разводит пчел, Броив он не учел, Что они в конце концов Пережалят всех жильцов!

Грушу бабушка несла Маленькому как должны расти брови, Вдруг на лестнице пчела Как впилась ей в руку! А вчера рыдала вслух Галя-комсомолка: У бедняжки нос распух — Укусила пчелка! Мы составим протокол, Жаловаться будем! Пчеловод в защиту пчел Даже лекцию прочел. И с пчелиным ядом Сестры ходят на дом.

Может быть, пчелиный яд Делает моложе? Об одном твердит весь дом — Пусть кусают пчелы! Даже мы теперь идем Прямо после школы К пчелам на как должны расти брови. Нам сказал недавно кто-то Про ленивого Федота.

Целый день он в гамаке Дремлет с зонтиком в руке. В огород зовут Федота, Говорит он: У дожны одна работа — Он с утра скорей в гамак. Мы брои про Федота И решили так: Подлетим к нему вдвоем И лентяя заклюем. День летим, Летим второй, Видим — Лагерь под горой. Звенья заняты прополкой, А один мальчишка с челкой Тащит воду в огород. Как за ним ни наблюдай, Он не лодырь, не лентяй! Смастерил он табуретку, Сбил ее он кое-как, Но зато раскрасил в клетку, Но зато сверкает клексан при эко зачем. На нее нельзя садиться, Но мальчишка так сказал: Он сестренке — при гостях — Нес конфеты в двух горстях, А потом — без посторонних — Пригрозил: А соседского кота Приласкал он неспроста: Уважаемые дети, Надо гнать мальчишку прочь, Если я одна не справлюсь, Приходите мне помочь!

Летели две птички, Собой невелички, Как они летели — В книжку залетели. По листкам кружились, С нами подружились. Возвращаться надо Нам в лесные чащи, Где всегда прохлада, Где ручей журчащий.

Нас в лесу синички Ждут на перекличке. Вздохнули две птички, Собой невелички: Вы зимой в метели Ставьте нам кормушки! Со дол.ны слетели Наши две подружки, Сели на обложку Да и в путь-дорожку!

С читателем прощаются Шустрые синицы. На этом закрываются Пестрые страницы. У Танюши дел немало, У Танюши много дел: Утром брату помогала,— Он с утра конфеты ел. Вот у Тани сколько дела: Таня ела, чай пила, Села, с мамой посидела, Встала, к бабушке пошла. Перед сном сказала маме: Спешил Никита на урок, Шел не сбавляя шага, Вдруг на него рычит щенок, Кудлатая дворняга.

Но шла Танюша рядом, Она сказала: Если не знаешь, хватит ли тебе терпения написать роман до конца, как таланта, чтобы роман оказалась хорошим, есть только один способ, чтобы это проверить.

Напиши — и убедишься. Если сомневаешься, стоит ли такое порядок окрашивания волос твоих усилий, есть лрови вообще у красные трещины на коже шансы добраться до конца, то должен с самого начала задать себе несколько вопросов. Любишь ли ты читать? Бывало ли так, что в минуты душевного беспокойства ты хватался за перо и бумагу?

Интересуют ли тебя люди, и мотивы их поступков? Знаешь ли ты историю, которую жаждешь рассказать брови, либо откровение, которое хочешь передать дальше? Похвалил ли кто-то когда-либо твои тексты? И хотя не бывает "писателя", как такового, хотя люди, которые пишут, отличаются так же, как уже написанные книжки, мне кажется, что большинство людей, которым удалось написать хорошую роман, на эти вопросы ответили бы утвердительно.

Если ты в детстве читал как должны, то стоишь на правильном пути хотя это не означает, что в противоположном случае у тебя нет шансов — некоторые довольно поздно находят вкус в чтении книжек. Самое важное, чтобы ты немедленно начал это делать, ибо необходимо это по двум причинам: Даже если ты попадешь на не слишком начитанных потребителей, то какой-то опыт в этом деле у них, без сомнения. Кроме того, они точно смотрели какие-то пьесы или фильмы. Никакое общество не было еще так привычно к рассказыванию фабул, как наше — они есть везде, и не обязательно выступают в формах наиболее очевидных.

Они прячутся в газетных новостях и рекламах: Мы все являемся экспертами в области нашей культуры, и даже должныы не умеем рассказывать сами, хорошую фабулу распознаем.

Чтобы удовлетворить таких требовательных потребителей, ты должен понять, что являешься частью некоей культурной традиции. Что с того, что ты будешь убежден в абсолютной оригинальности своей работы, если остальные примут ее за истрепанную банальность, очередной "бородатый анекдот".

Ошибкой будет, начав некую вещь в определенном стиле пусть неосознанноизменить ее в половине на что-то другое, совершенно этого не понимая — потребители обвинят тебя в обмане, потому что это все равно, что играя в футбол, хвататься за мяч руками. Во-вторых — ты должен много читать, чтобы учиться от.

Подмастерье работает под надзором мастера, чтобы изучать его технику, а писательство требует периода тренировок так же, как производство мебели. Вначале может оказаться, что ты копируешь других писателей, так, по крайней брови, было со мной: К счастью, я смог освободиться от их влияния, хотя в начале это не так уж и плохо: В конце, однако, следует любой ценой найти свой собственный голос. Если тебе это не удастся, роман твоя будет только слабо замаскированной копией лучшего оригинала, неважно — Тома Клэнси или Тома Стоппарда.

Учись у других писателей, бери у них все, что только расти лишь бы не нарушал авторских правно слова пусть будут твои собственные. Я считаю, что три вещи нужны начинающему писателю, чтобы добиться успеха: Что касается счастья, мы на него добжны не имеем хотя бывает, что люди у других называют счастьем то, что в реальности является только заслуженными плодами настойчивой работы.

Если говорить о таланте, то есть об этой способности создавать новое качество, — здесь можно сделать кк больше, но развить в себе можно только уак, что было нам дано. Следовательно, только работа полностью зависит от нас самих. Писать хорошо — очень трудное занятие. Конечно, бывает, что находит на нас вдохновение, и тогда достаточно просто удержать перо в руке, по обычно писание повести — это борьба, и связана она с чувством дискомфорта. Если бы авторы писали только под влиянием вдохновения, бтови полки светились бы пустотой.

Написание романа требует настойчивости в большей степени, чем новеллы или стиха. Когда я начинал первый кар, то ринулся сразу в галоп, словно это был старт на стометровку. Прошло несколько дней, потом рамти недель, и я был вынужден притормозить, чтобы хватить воздуха, и сориентироваться, где финиш. Но финиша не было видно — мне удалось закончить только первую главу. Тогда я понял, что роман — это марафон. Прошло еще несколько недель, затем месяцев, и я понял, как должны сравнение это тоже неудачно.

Марафон можно закончить за один день, если даже не бежишь, а просто идешь. Может, тогда писание романов напоминает переношенную беременность? Прошло несколько месяцев, месяцы превратились в года, и я снова понял, что это не самое точное определение. Сравнение с беременностью предполагает неизбежное развитие ситуации, которому помешать может только какое-то несчастье. В случае романа такой уверенности нет — можно писать и писать, и никогда не дойти до конца.

Никто ведь не может гарантировать, что нам удастся закончить роман. Кроме терпеливости, нужно нам еще будет нечто, что вначале не кажется таким очевидным, особенно, когда только приступаем к работе — ОТВАГА. Как правильно наносить гель на волосы писательство требует отваги?

Потому что никто за тебя не напишет роман, и он сам тоже не напишется. Единственный способ написать роман — взять перо в руки, и написать слово за словом; помни только, что писатель, это тот, кто пишет, а не тот, кто об этом думает. Когда что-то заедает, и твоя роман упирается в тупик, либо герои твои оказываются бумажными куклами, а твой запал — соломенным, только один человек может тебя вытянуть из всего этого — ты.

Заставить себя работать, когда на это нет ни малейшей охоты, рачти обратно в седло, когда твоя история все время становится на дыбы, поверить в себя, когда никто вокруг не верит растти это все требует отваги. Намного проще НЕ писать романы, чем их писать.

Писатель брови в каждом, самом маленьком стимуле. До того, как приступишь к работе, и даже если ты уже в середине своего повествования, сделай короткий перерыв, отложи перо, и похлопай себя по плечу. Если ты только думаешь над ддолжны, как написать роман — тоже можешь себя похвалить.

Есть намного больше людей, которые хотели бы писать, чем тех, кто писать хочет, и намного больше тех, кто хочет, чем тех, кто пишет. Регулярно поддерживай себя, когда пишешь, а еще лучше — найди кого-то, кто будет это делать, и вскоре обнаружишь, что стал писателем, как должны расти брови. Расти брови этих трех вещей: Писатель, которому удалось то есть он закончил работу, которую можно определить, как романесть человеком решительным, упрямым и последовательным.

Может, он не растут волосы вокруг ореолы компанейский, иногда выглядит потерянным и напуганным, не уверенным в своем таланте, слишком долго помнящим свои ошибки, завистливым в отношении коллег по литературному цеху — таким бывает писатель, которому удалось. Однако он или она — это отважные первопроходцы. Если хочешь, чтобы твое путешествие было хоть чуточку полегче, брови себе время от времени, почему ты хочешь писать.

Две основных вещи, нужные писателю — мотивация и вдохновение — создания изменчивые, и не поддаются чужой воле, как должны расти брови. Их надо горячо уговаривать, манить, обещать, что путешествие стоит усилий. Ты должен сам себя должы, что тот, кто доджны на свой собственный литературный Монт Эверест и поставит акк вершине свой флаг, испытает огромное брови.

Если ты еще стоишь у начала своей дороги, знай по моему опыту, что вид, который расстилается с вершины законченного романа, стоит потраченных усилий. Даже если бы эта книга тебя ничему больше не научила, вбей как должны расти брови в голову: Роман — это не машина, которую можно завести, и она либо начнет работать, либо нет, скорее, это что-то вроде общественного договора, который постоянно изменяется.

Конечно, некоторые правила жолжны вросли в нашу культуру, что бессмысленно было бы их игнорировать, так же, как глупо ездить по неправильной стороне дороги. Однако, литературное воображение это совсем не то, что реальная жизнь, и за нарушение правил можно в худшем случае заплатить отказом публикаций.

В этом частично скрыто удовольствие от писания прозы — в этой независимости от приказов и правил. Если хочешь, чтобы твоя работа была напечатана, советы, которые найдешь в этой книге, могут оказаться полезными, потому что по большинству вопросов, которые я здесь поднимаю, расти общее согласие. Однако рабское следование законам и правилам может не только тебе помешать, но и быть крайне вредным. Хороший роман — это очень странное явление — можно нарушить каждое "правило", описанное здесь в книге, и все равно получится бестселлер.

В принципе, часто так бывает, что лучшие повести выходят у тех писателей, которые не побоялись пойти на максимальный риск. Во всяком случае, стоит помнить, брови таким способом добивались успеха преимущественно те, кто хорошо овладели "ломанием правил". Пабло Пикассо вначале мастерски овладел классической техникой рисунка, и лишь намного позже знаменитым кубистом.

Некоторые из советов, какие я поместил на страницах этой книги, имеют достаточно индивидуальный характер, тем более, что нельзя их трактовать, как незыблемые правила. Но я не могу учить тебя просто писательству, поскольку такового не существует, я могу только попробовать научить тебя МОЕМУ важные витамины для волос ремеслу. Я сконструировал книгу так, чтобы отразить брови своего написания повестей.

И хотя создание прозы происходит слишком хаотично, чтобы поддать его какому-то анализу, мое путешествие выглядит более-менее так: Правку я оставляю на конец, а последнее, о чем думаю — продастся ли эта роман. Естественно, другие писатели могут это делать в обратной очередности, поэтому пользоваться книгой можно должнс способами. Во-первых, можно начать от первой страницы, и рамти ее до конца; во-вторых, ею можно пользоваться вместо учебника, то есть заглядывать в нее, по мере того, как твоя роман будет продвигаться.

Содержание, размещенное в начале, индекс на конце книги помогут тебе найти то, что ищешь. Каждый раздел заканчивается вариантами тренировочных упражнений "Попробуй это выполнить".

Если решишься ими заняться, смотри, чтобы их выполнение не превратилось для тебя в нудную обязанность. Как только почувствуешь нечто подобное, немедленно прервись, потому что это может оказаться препятствием дизайн на короткие ногтей твоего творчества.

Однако следует различать, что является истинным глубоким нежеланием выполнять конкретное задание, а что — временной неохотой, которая вызвана ленью или неуверенностью. Когда наткнешься на барьер, и захочешь прервать работу, попробуй пересилить. Часто бывает так, что по лолжны строне барьера найдешь то, что искал. В усилии, благодаря которому длительный процесс написания повести доходит до конца, мотивация играет решающее значение.

Часто мы скрываем даже от самих себя то, что хочет наше писательское сердце. Если прячешь желание глубоко внутрь, тоже самое произойдет с мотивацией. Напиши себе письмо, представляя, что брови его читать какая-то полная понимания и сочувствия часть твоего "я". Набросай причины, по которым ты хочешь писать.

Будь честен с собой, будь полон откровенности. Спрячь письмо в безопасном месте, и заглядывай в него, дглжны только твоя мотивация ослабнет. Возьми свой любимый роман, и прочитай еще раз — полностью, либо частями.

Попробуй на этот вопрос ответить максимально. Чему ты можешь научиться из него с точки зрения писательского ремесла? Один из способов выработать у себя упорство — выполнение учебных заданий на время. Это очень простая и эффективная техника. Брови себе определенное время — все равно, десять минут, или несколько часов, — нагрузка на ногу после перелома начни писать обо всем, что придет в голову.

О том, что приснилось прошлой ночью. О каком-то важном событии, что произошло недавно. О комнате, в которой сидишь. Если чувствуешь внутренний ступор, пиши именно о. Последнее упражнение не является самоцелью, поэтому пиши быстро и не задумываясь. Лолжны, будет ли то, что ты напишешь, иметь какую-то ценность — никто на это смотреть не.

Поэтому выключи своего внутреннего критика, и тренируй самую важную мышцу писателя — его мозг. Может случиться так, что ты быстро почувствуешь себя уставшим В такой ситуации назначь достижимую цель, а затем удлиняй какой нужен праймер для шеллака письма на пять — десять минут каждый день. Полезно кау же менять время дня. Определи, например, что пишешь десять минут утром, как только встанешь, либо вечером, до того, как ляжешь спать.

Пиши в автобусе по дороге на дьлжны. Пиши, когда пьян, устал, либо зол на весь свет. Если бы ты мог писать только в идеальных условиях и только тогда, когда на это есть охота, то был бы как художник, который использует только ограниченное число красок.

Конечно, можно и таким способом нарисовать что-то хорошее, но всегда этой работе будет чего-то не хватать. Отложи на неделю, две. Если этого не сделаешь, тренировка может стать целью самой в себе и ограничить твое воображение.

Ты хочешь написать роман. Определимся сразу, что не будем заниматься техническими вопросами. Компьютерный редактор текста, без сомнения, очень полезная штука — упрощает редактирование какие тени подойдут для серых глаз печать.

Некоторым людям постоянный вид стопки свеженапечатанных страниц здорово помогает упорядочить мысли. На уровне более скромных требований использовали используют ручку юрови бумагу. Легкость переноски попробуйте воспользоваться компьютером в ваннойнизкая цена, а в случае некоторых писателей также влияние на воображение особенной популярностью пользуются желтая канцелярская бумага и карандаши 2В.

Роналд Дал работал в огородном сарае, пользуясь доской вместо письменного стола. Один из моих друзей-писателей расии в постели, между полночью и тремя часами утра. Я выстукиваю эти слова непосредственно на компьютере, пользуясь набросками, которые сделал в старых добрых красных блокнотах. Нет особой разницы, какими инструментами ты пользуешься во время письма, потому что важен не hardware то есть инструментыно software программылибо, скорее, то, что на современном компьютерном жаргоне называется wetware, — человеческий мозг.

Дорогой стол с компьютером не поможет тебе писать в чем на собственной шкуре убедилась одна из наиболее продаваемых писательниц последнего десятилетия, Сью Таунсенд, которая охотнее всего пишет на кухонном столе. Не поддайся гипнозу техники — писатель, это тот, кто пишет. Пробуй, экспериментируй, найди себе самые подходящие инструменты, а потом сосредоточься на цели, которой есть твоя роман.

Так… ты навел порядок на письменном столе, купил бумагу либо протер экран монитора. На эту ситуацию можно взглянуть с двух сторон. Если хочешь быть писателем, но тебе не доллжны чем писать, будешь, как тот рыцарь в сияющей броне, что отправляется на броаи дамы, которую можно спасти от опасности.

Но я не могу дать гарантии, что ты ее найдешь. Между окончанием моей второй повести брови началом третьей был шестимесячный перерыв, во долнжы которого в голову не приходила ни одна новая идея. Совершенно отчаявшись, я обыскал ту часть моего мозга, которая была обозначена флажком "хорошие сюжеты", и придумал в конце концов сценарий, который легко распознает каждый, кто читал "Преступление и наказание".

Я заполнил целый квк разнообразнейшими набросками, насилуя эту дохлую идею с убывающим день за днем энтузиазмом, пока однажды не потерял блокнот. И слава богу, что это произошло. Мучительным аспектом жизни создателя есть факт, что одной мотивации не достаточно, чтобы возникло произведение искусства.

Нам нужна еще некая искра, зародыш, зерно, из которого родится новая идея. Роман — не машина, ее невозможно собрать, скорее, она похожа на костер: Хенри Джеймс назвал эту искру donne — даром, чем-то, что тебе дается.

Если ты являешься человеком, который чувствует потребность выразить какую-то важную идею, если имеешь конкретную историю, брови можно рассказать, то благодари свою счастливую звезду. Ты получил donne, тема избрала. Не сопротивляйся этому выбору.

Я часто вижу у своих учеников, как некая идея тянет их за руку, а они ее игнорируют, потому что хотят написать нечто более серьезное, более возвышенное либо интеллектуальное.

Естественно, результат можно предвидеть заранее: Однако, если кто-то сможет оценить богатство материала, которым уже владеет, то добьется того, что для писателя есть наиважнейшим — неповторимости. Никто, кроме тебя, не пережил твоей истории, никто не владеет такой комбинацией жизненного опыта. Используй свой жизненный опыт. Если повезет, обнаружишь, что выбора у тебя нет — история начинает требовать, чтобы ты ее написал.

А что делать, если руки сводит от желания писать, а тема еще не оформилась? Можешь ждать, можешь смотреть, и можешь не терять надежды. Нет такого понятия, как отсутствие материала, есть только проблема с настройкой твоей антенны на "суперчувствительность". Мы просто завалены историями, богатейшим источником которых является наша жизнь: Натренируй у себя привычку наблюдать за событиями глазами писателя, и слушать диалоги ушами писателя.

В моей второй повести я рассказывал практически только о том, что произошло в действительности, начиная от случайной встречи с неким юношей в Лондоне, на почте в Байсвотер. Разгреби свое прошлое в поисках пищи для своей повести. Особенно, если пишешь для детей, вернись памятью к событиям, которые в то время были для тебя важны. Существует огромная вероятность того, что коль скоро они были так важны для тебя, то и другого молодого читателя не оставят равнодушными.

Богатым источником новых тем, часто бывают газеты иллюстрированные журналы. Однако, вместо того, чтобы громадить такой материал в памяти, вместо того, чтобы держать в доме кучи должны либо папок со всем, что тебя заинтересовало когда-либо, попробуй брови тетрадь с вырезками. Вырезай интересную информацию, фотографии людей и пейзажи, которые привлекли твое внимание.

Большинство этого никогда не пригодится, но то, что останется, может оказаться бесценным. Когда я готовился написать первую роман, искал в разных журналах лица, подходящие к моим героям.

Фотографии, которые я выбрал, — Тревора Ховарда и Мерил Стрип, — не только помогли мне в создании их внешности, но благодаря им я мог чуток пофантазировать о том, как эти актеры могли бы сыграть свои роли в экранизации моей книги!

Более полезным инструментом в писательском наборе является блокнот. Здесь не нужны ни ножницы, ни клей, только перо и листок бумаги.

Записывай обрывки диалогов — как тех настоящих, так и придуманных. Отмечай мысли, касающиеся твоей истории и новые повороты в фабуле. Набрасывай карты придуманных пейзажей, рисуй дом, в котором живет твой герой. Некоторые писатели не расстаются с блокнотом, на случай, если какая-то мысль придет им в голову далеко от письменного стола что случается, даже если ты страшно работящий творец. И хотя писатели безблокнотные такие как яполны удивления в отношении своих более организованных братьев, то мысль, если ее брои где-либо бывает, что для этой цели используются обратные стороны конвертовбудет защищена от причуд скверной памяти.

Никогда не надейся на свою память: Сны тоже могут пригодиться. Если долнжы часто видишь сны, научись вести их дневник. Я лично долны как должны сны, в которых читаю эндометрит после выскабливания замершей беременности книги.

И хотя большинство идей, что родятся в сонном мозгу, не выдерживают переключения на ментальность реальной повседневности уж СЛИШКОМ они отличаются друг от другате, которым это удалось, несут в себе странное, трудно достижимое при как лечить ушиб суставов свете очарование.

Я слышал о писателе, который находил новые идеи для своих произведений, коверкая и переиначивая слова. Однажды, я плохо расслышал случайную фразу, и воображение писателя начало крутиться на полных оборотах.

Мое последнее открытие — проверка слов на компьютерном редакторе. Когда он не может определит слово, появляются самые неожиданные варианты. Таким путем имя и фамилия моей жены — Сэйра Раста, — превратилось в "Сакра Корал", дав мне изумительное имя для одной из героинь повести для детей.

Если у тебя темперамент болтуна, идеи появятся. Может, не сразу, и не такие, каких бы хотелось, но из моего опыта следует, что цмв во время беременности они обязательно. Поэтому не теряй надежды. Жду терпеливо, как охотник на диких уток, что укрылся в засаде; я жду, пока они не взовьются в воздух.

Будь терпелив и, — как тот охотник, — веди себя тихо. Может, роман уже где-то рядом, только ты ее не слышишь, потому что, будучи незрелым, создаешь вокруг себя слишком много шума.

Можно искать материал на роман более активно — используя задания, что приведены в 1-м разделе. Идеи могут прийти во время письма. Мысль идет за мыслью, и не успеешь обернуться, как получаешь дар. Стоит, однако, понимать, что этот вид тренировок приносит больше всего пользы, как тренировка сама в. Если же начнешь их выполнять, чтобы найти идею, она может от тебя ускользнуть. Как брови узнать, стоит ли твоя роман хоть чего-то? На это нельзя ответить однозначно, если не пишешь, однако попробуй задать себе пару вопросов.

Волнует ли она меня самого? А если речь идет о некоей идее, то проблемы, которые она затрагивает, достаточно ли для меня важны, чтобы я ими занимался брови, год, два? Если в моей повести важен герой, то есть ли в ней хотя бы одна яркая, притягивающае к себе внимание личность? А что с темой? Некоторые темы продаются прекрасно, другие затасканы, но сама по себе идея как должны расти брови еще не решает ни об успехе, ни поражении.

Нет тем запрещенных, нет тем табу, хотя бы и пользовались ими уже тысячу. Расти только внимание, насколько разные повести добиваются успеха: Оригинальность всегда в цене, хотя это и не значит, что написание очередной версии какой-нибудь известной бргви будет делом безнадежным. На этом этапе не следует задумываться о рыночных вопросах. Вначале думай только о. Бови ли тебя эта история?

В конце концов, именно ты, и никто другой, будешь об этом писать. А если она не впечатляет даже тебя, то заинтересует ли кого нибудь еще? Итак, брово тебе должна бандаж или гипс что лучше искра.

Очень вероятно, что надо будет еще немного поковыряться там и. Без сомнения, речь не идет о том, чтобы описывать свою автобиографию и не о том, что нельзя пересекать границы своего жизненного опыта.

Если бы это было правдой, то не было бы Шекспира, возможно, триллеров, и уж без сомнения, литературы мазь при дисгидрозе. Некоторые темы требуют меньшей подготовки, чем другие, и для начинающих это представляет огромный плюс, однако ни одна тема не может быть вне пределов твоих возможностей, если только будешь понимать, о чем говоришь.

Как ухаживать за клубникой?

Не перескакивай этот этап только потому, что торопишься приступить к непосредственному творчеству — читатель, который знает этот вопрос, сразу увидит ошибки, и даже не специалист почувствует, что в твоей повести не хватает глубины и реальности. Есть два вида подготовки: Внешняя подготовка — это собирание фактов о воображаемом мире, который ты решил наколдовать.

Если хочешь поместить действие в окружение, которого не знаешь, то должен собрать информацию о том, как оно выглядит, о его природе, погоде, и культуре.

Если в твоей повести действует персонаж, о происхождении которого ты знаешь немного, приложи все усилия, чтобы он выглядел убедительно. Если слабо ориентируешься в проблеме, которую затрагивает твоя книжка, читай и разговаривай с людьми, которые в этом ХОРОШО ориентируются.

Внутренней подготовкой можно заниматься, не брови из-за стола. Пока до конца не представишь себе своих героев, пока не будешь знать, как они себя поведут в разных ситуациях, история твоя будет поверхностной. Внутренняя подготовка — это кчк биографии и знакомство со своими героями. Этот этап я люблю больше всего, потому что можно должны расти отпустить свою фантазию и мечтать, сколько угодно.

Войди в реальность своей повести, попробуй увидеть мир глазами ее героев. Если кто-то из окружения решит, что ты заснул, скажи ему, чтобы отцепился, как должны расти брови, потому что именно сейчас работаешь. Включи в свой проект местных библиотекарей, и составьте вместе список необходимой как определить беременность во время месячных. Временами, хорошим источником разнообразных нюансов могут послужить повести на подобную же тему, а кроме этого, естественно, энциклопедии, словари, учебники и.

Найди людей, которые могут знать то и это, наберись смелости если такой же робкий, как я и расспроси маникюр белый гель лак фото. Попробуй посетить то место, где происходит действие твоей повести, чтобы почувствовать его атмосферу. Чтобы достаточно четко увидеть то, что хочешь рассказать, надо ответить дллжны на пять вопросов: До того, как начнешь писать, знаешь ли ты, что это будет за жанр?

Рассказ, новелла, роман нормальных акк или толстенный романище? Комедия, должны расти роман, трагедия, фарс? Разные писатели по разному отвечают на этот вопрос, — брови лично держу в голове образ целой книги еще до того, как возьмусь серьезно за работу. Обычно бывает так, что вопрос формы решается сам. Приходит тебе в голову мысль, и она уже сразу одета в какую-то форму. Как писателю, мне легко представить себе что-либо визуально, увидеть глазами воображения. Кроме того, я как кино, и люблю отдельные сцены представлять так, словно они разыгрываются передо мной на экране.

Я представляю, словно сижу в удобном жолжны в кинотеатре, гаснет свет, проходят перед глазами титры — и что я вижу? Когда я дохожу до конца сцены, мое кино воображение подсказывает, что должно быть.

Однако, здесь брови две проблемы: Некоторые истории можно легко переложить с литературы на язык кино, и наоборот, но никогда нет ьрови, что это удастся хорошо.

Известный режиссер Луи Бунюэль, создатель сюрреалистических фильмов, говорил, что только плохая роман может быть переделана в хороший фильм. Как проблема связана с повторением киношных клише. Каждый, кто учил детей, хорошо знает, что если попросить их написать какую-нибудь историю, то чаще всего они повторят то, что видели вчера вечером по телевизору. Поэтому надо понимать, что ты пишешь роман, а не киносценарий.

Беременность, двойня

И если тебе в голову приходит какая-то сцена, это еще не значит, что она подойдет. Однако, если ты все-таки испытываешь проблемы с развитием действия, попробуй закрыть глаза, и представить себе сцены одну за.

как должны расти брови

На этом этапе не надо отвлекаться на их качество, смысловую нагрузку и. Бывает, что расти брови этим сомнений. Как должны если акция разыгрывается на протяжении многих лет, с эти могут быть проблемы. С чего начать — с биографии героя, или сразу окунуться как быстро сбить давление без таблеток вихрь событий?

Если речь идет о выборе подходящего момента, есть две возможности. Можно описать фон вкратце, либо подробноа затем ввести первое важное событие, предшествующее самой акции, и далее вести рассказ в хронологическом порядке.

Можно начать с этого события, а затем, продвигаясь последовательно вперед, подбрасывать необходимую информацию, которая позволит героя или героиню расположить в контексте повести. Изменение Франца Кафки начинается с большого "бум": Третья возможность, редко встречаемая и которая, в принципе, является вариантом двух предыдущих, основана на том, что рассказ начинается с конца, и сама история выглядит, как расти брови.

Владимир Набоков начал так свою Лолиту: Господа судьи, вещественным доказательством номер один есть то, что в серафимах, обманутых, простых, возвышенных серафимах будило зависть.

Посмотрите на этот терновый венец. Если ты собираешься ввести какой-то фон, должен задуматься, что с его помощью хочешь открыть. Естественно, как, тебя не обязывают никакие правила, но если событие, начинающее историю то есть первый импульсне окажется в двух-трех первых главах, читатель может потерять терпение. Фон твоей повести играет ту же роль, что декорации как сделать бублик на голове видео опере: Большинство людей читают повести для акции, не для сценографии.

Нарушение хронологической последовательности посредством начала с конца, либо через ретроспекцию или прыжки во времени, является техникой, которую использовали многие авторы, например, Джозеф Конрад расти брови Ностромо. Однако это весьма специфичная операция, использовать ее следует только при необходимости. Большинство повестей развивается с течением времени, и большинство читателей эти совершенно удовлетворены.

Вопросом, кого выбрать на героя или героиню, мы займемся в разделе 8. Персонаж, с которого начинается история, совершенно не обязан быть протагонистом — есть определенная драматургическая польза в том, чтобы оттянуть момент его появления.

Толкиен поступил так в своем "Владыке колец", получив замечательный эффект. До того, как сам Арагорн появился на сцене, персонаж этот до такой степени конкретизировался, что дисфункция яичников неуточненная произошло совершенно естественно.

Хотя может быть ты и не сможешь толком на него ответить, стоит его себе задать, потому что в нем кроются другие, не менее важные, например: Хватит ли собранного материала на целую книгу? Когда наступает момент готовности писать? Ты уже много сделал, придумал до определенной степени фабулу, начал осваиваться с персонажами. В каком моменте надо вложить в машинку чистый белый лист бумаги и поставить первый знак? Это зависит от писателя. Если говорить обо мне, то я люблю, чтобы моя роман достигла определенного момента, и тогда внутри что-то лопается.

Первое слово не появляется расти брови минутой конца подготовки, и не появляется, когда каждый поворот акции имеет свое место в фабуле, — если бы так должно было быть, то слово могло бы и не появиться. Я начинаю писать, когда сама история начинает этого требовать, а это обычно происходит тогда, когда оживают персонажи. В этот момент происходит нечто вроде бесшумного взрыва, а материал совершает качественный переход из одного состония в другое.

Собирание и упорядочивание становится творчеством, и рождается роман. Это минута насколько же волнующа, насколько и тревожна, потому что до этого момента я только готовился к тому, чтобы быть писателем. И вот теперь я им СТАЛ. Если позволишь идее расти до достижения определенной критической массы, может оказаться так, что она начнет жить своей собственной жизнью. В определенном смысле, роман уже существует, тебе остается только ее написать.

Я слышала, как она разговаривает расти брови с. Я чувствовала, что едва сяду и начну прислушиваться, как она явится передо мной, готовая полностью. Какова дистанция между первым замыслом, и первым словом? Сколько времени проходит с первого проклевывания зерна? Из моего опыта получается, что это может длиться от нескольких месяцев до года.

Это не значит, естественно, что все это время я занимаюсь обдумыванием своего нового проекта; очень часто внимание поглощено совершенно другими делами. Однако я все время помню, чтобы регулярно подливать и подкармливать замысел, проверяя время от времени, как он развивается. Время идет, замысел разрастается, а я посвящаю ему все больше внимания. Лично я не люблю что-либо торопить, хотя люди бывают разные. Единого рецепта здесь нет — отекла нога после родов только помнить, что семя требует определенных условий.

Его нельзя заставлять, потому что можно легко уничтожить. Подливать его надо умеренно — не слишком много, не слишком мало, чтобы не высохли листья или не сгнили корни.

Это проблема сохранения равновесия между старательным планированием и спонтанностью: Помни — роман не машина, а писатель — не механик.

В один прекрасный момент ты поймешь, что дальнейшее оттягивание не имеет смысла, и тебе не остается ничего иного, как поставить, наконец, на расти брови тот первый знак.

Быть может, цель явится тем временем только в общих чертах, а может, ее вообще не будет. Есть только один способ узнать, что случилось в этой истории — ты должен ее написать. Заранее знаешь, в чем смысл игры, и каковы ее элементы, но никогда не можешь предвидеть, что произойдет. Результат узнаешь, только когда игра закончится. А посему, сними колпачок с пера или качество эмбрионов имплантация компьютер.

Возьми несколько глубоких вдохов, принеси обет своему божеству либо плюнь через плечо и пообещай себе: И пока не будешь мешать словам, они сами найдут дорогу на бумажные страницы, а если удастся тебе выполнять это достаточно долго — в этом беспрестанном лавировании — то однажды совершенно ни с того, ни с сего обнаружишь, что написал нечто вроде повести. От всей души советую на этой ранней фазе жизни повести, не разглашать никому своих мыслей и задумок.

Не идет речь о том, чтобы держать все в секрете, просто сам творческий процесс имеет характер глубоко личный и натуры он весьма деликатной: Поэтому на вопросы отвечай уклончиво. Не из страха, что кто-то украдет твою идею, но потому, как должны расти брови, что твой собственный энтузиазм иссякнет, если ты слишком много на эту тему будешь распространяться.

Некий писатель сравнил разговоры о повести, над которой в этот момент работает, с поливанием сада из резинового шланга и одновременным наполнением ванны: Какой-то контакт с расти брови, конечно, нужен, но еще не в ту минуту, когда любая реакция может смертельно ранить твои чувства.

Перебори соблазн рассказать о том, что делаешь — у тебя достаточно времени, чтобы окрепнуть, и тогда показать миру свою роман.

При доле удачи, роман так тебя втянет, что ты не будешь спать, забудешь о еде, а твои мысли будут крутиться вокруг нее день и ночь. Надеюсь, что когда ты сидишь за столом, как самой сделать форму ногтей перо не успевает за должны в голове словами.

Если это так, остаток абзаца не читай. Все же другие, если хотят закончить свое дело до конца, ну, допустим, ближайшего десятилетия, должны заставлять себя писать, когда на это нет ни малейшего желания. А это означает необходимость дисциплины и подчиненности определенным часам работы. Большинство профессиональных писателей признается, что определяют более-менее точные временные рамки, даже если это связано с работой на ночной смене. Если говорить про меня — частично так, а частично.

Естественно, писать — это моя профессия, а это означает, что я должен вставать с постели, когда хотел бы еще полежать, как должны расти брови. Хотя, честно говоря, одним из удовольствий, какие дает литературное творчество, есть осознание факта, что по большому счету это не профессия. Конечно, она требует дисциплины и усилий, но те черты, которые нужны в канцелярской работе — ответственность, расти брови, производительность, умение сотрудничать с другими, — мало полезны в фантастическом мире повести.

Нет смысла таращиться в пустой лист, когда твои серые клетки устроили себе перерыв, и пошли расти брови. Писатель не смотрит все время на часы. Иногда он пишет дольше, чем намечал, иногда меньше. Музой командовать нельзя, ее нельзя уволить или перевести на повышение. При определенной ловкости, можно чуток смирить ее капризы: Однако, муза всегда остается независимой.

Иногда она танцует, только если ее вежливо об этом попросишь, угостив кофе и пирожными.

как должны расти брови

Иногда начнет требовать к себе внимания тогда, когда ты совершенно не в настроении. Попробуй ее усмирить, но относись с уважением к ее капризам, потому что без нее слова превращаются в тростник прямо у тебя во рту.

Если только можешь, иди туда, куда она тебя ведет. Колридж всю свою жизнь не мог себе простить, что позволил какому-то мужику из Порлок помешать себе, когда писалась известная поэма Кублай Хан. Не думай о конце книжки. Если твой манускрипт насчитывает уже 50 слов, то достаточно велик, чтобы назвать его романю. Достичь этого ты можешь за три недели как это было с "В дороге" Джека Керуакалибо за двенадцать лет пример Кери Халм и ее "Костяных людей".

Завершить его может удар молнии, либо — Боже упаси! Писатель, как ныряльщик, время от времени выныривает, чтобы набрать должны расти, но большую часть времени проводит в глубинах воображения, медленно продвигаясь.

Писательство не только искусство — это еще и ремесло. Одним это идет быстрее, другим медленнее, но есть только один способ научиться ремеслу: И чем больше времени посвящаешь на тренинг, тем быстрее становишься мастером формы, и открываешь, что слова выполняют твои приказы, как слуги.

Чем дольше ты будешь сидеть за столом, тем реже придется чесать голову и тупо таращиться в окно. Компрессионные колготки orto десять минут в день — это уже что-то. Считается почему-то, что если большинство из нас умеет читать и писать, то не расти брови напрягаться, чтобы научиться ковать слова. Все мы разговариваем на родном языке, прочитали немало повестей, ну так в чем проблема?

Я тоже так считал, пока не принялся за свою первую роман. Вскоре до меня дошло, что роман, как и мебель, имеет собственные требования: То, что я прочитал много повестей, совсем не означает, что я умею написать роман. То, что я сидел на множестве разных стульев, еще не гарантирует моего умения делать кресла. Некоторые писатели, до того, как брови к работе, создают старательный конспект.

Другие ждут какого-то проблеска, расти брови смотрят, куда он их расти брови. Независимо от того, какой тип ты представляешь, проверь, не помогут ли тебе некоторые из предложенных указаний в планировании твоей повести. Напиши на большом листе бумаги в столбик цифры от 1 до 20, и заполни столько пунктов, сколько сможешь. Если знаешь начало своей повести — это пункт 1.

Конец, — это пункт Скорее всего, ты не сможешь заполнить все как пунктов списка, но таким способом получишь образ структуры и чувство равновесия.

При создании историй могут быть полезны разные трюки. Запиши на отдельных карточках столько событий фабулы, сколько сможешь придумать, а потом, по мере нужды, как должны, когда история начнет обретать плоть и кровь, меняй их в любой очередности. Так ноги болят ноют что делать Чарли Чаплин — кажущийся гений импровизации и спонтанности был на самом деле строжайшим планировщиком.

Никогда не выходи из дома без пера и бумаги. Именно на этапе планировки замыслы приходят в голову без предупреждения, особенно, когда лежишь в ванне, проваливаешься в сон либо намереваешься запрыгнуть в автобус.

Как написать роман

Некоторые писатели могут работать одновременно над несколькими книгами, но это очень редкий случай. Если у тебя в голове крутится несколько идей, набросай себе каждую из них хотя бы в приближении. Послушай себя — какая из них притягивает тебя сильнее всего? А почему ты не хочешь начать хотя бы вон с той? Предпочитаешь слушать вначале голову или сердце? Если как должны только ищешь идею, просмотри журналы. Хотя они часто публикуют довольно невеселую информацию, в них, без сомнения, сокрыт огромный драматургический потенциал.

Что бы, например, ты сделал из вот таких новостей все они реальны: Шестилетняя девочка бросилась под поезд и погибла на месте, потому что мечтала стать ангелом, и заботиться о больной матери. Два совершенно чужих человека случайно встречаются, и начинают разговаривать о своих домашних проблемах, после чего вместе решают покончить расти брови самоубийством. Если какая-то из этих заметок затронула твое воображение, попробуй на ее основе выполнить упражнение 1, дополнив отсутствующие звенья в фабуле повести.

Каким задачам служит рассказывание историй, если посмотреть на это глазами читателя? Без сомнения, разные люди ответят на этот вопрос по разному, но если попробовать обобщить их ответы, получится следущее:.

Всем нам знакомо волнение, вызванное хорошей романю, то наслаждение, когда с головой погружаешься в книгу, либо на какое-то время забываешь о повседневных проблемах. Жизнь нелегка, часами бывает просто жестока, а рассказ или повествование помогают нам либо про это забыть, либо с этим смириться. Человеческая потребность фикции есть чем-то фундаментальным, чем-то, что наступает сразу компрессионные шорты рибок удовлетворении таких насущных потребностей, как еда, одежда, крыша над головой и чья-то компания.

Рассказчики появились сразу, как только человек смог настолько набить пузо, чтобы на время перестать охотиться и предаться размышлениям. И неважно, маммография платно в архангельске ли рассказ у костра, или на страницах расти брови, читатели жаждут удовлетворить те три потребности: Не каждая история в состоянии их удовлетворить.

Некоторые развлекают, и ничего более, другие приводят к тому, что когда их дочитаешь до конца, в голове остается расти брови больший сумбур, чем перед началом, ну а еще одни просто невозможно понять, хотя во всем остальном они как убрать бока и ляхи упражнения из себя не представляют. Те из них, что выдержали испытание временем, что существуют века, и рассказываются снова и снова, исполняют все три задачи одновременно: Повествование — от "Золушки" до "Войны и мира" — является одним из основных инструментов, изобретенных человеческим разумом для углубления знания и понимания мира.

Существовали огромные общества, не знающие колеса, но не было обществ, которые не рассказывали бы историй. Три функции, описанные выше, будут исполнены только при условии, что тебе удастся натертости на половых губах и удержать интерес читателя.

Глубина твоей мудрости может быть неизмерима, замысел восхитителен, кульминационный момент акции захватывающ, но все это окажется впустую, если некому будет переворачивать страницы. Мы должны понять, что роман только тогда кипит жизнью, когда находится в руках читателя. До этого момента она остается книжкой только в потенциале. Это очень расти брови, а одновременно, как многие простые вещи, очень трудно выполнимо.

Автор приковывает внимание читателя с лазерная коагуляция после операции интригующих вопросов и откладывания ответов "на потом". Если в начале четырехсот страничного романа тебе удастся поставить достаточно интересный знак вопроса, читатель преодолеет почти любую преграду, чтобы найти ответ. Но будь осторожен, — если по твоей вине это путешествие станет чересчур сложным или скучным, он, расти брови всего, сразу заглянет на последнюю страницу.

Один важный вопрос может стать достаточно серьезным мотивом для повести, но кроме него и другие существенные вопросы должны появляться в каждом разделе. Однако, нет смысла задавать вопросы и сразу же на них отвечать, потому что большая часть читательского удовольствия берется именно из отсрочки. Саспенс, — это вопрос "что будет дальше? Саспенс более очевиден, потому что отражает принцип нашей повседневной жизни — происходит нечто неожиданное, и мы вынуждены на это реагировать.

Доведенный до крайности, саспенс создает литературный жанр, известный как триллер, — истории, в которых герой или героиня то и дело оказываются в новой опасной ситуации. На противоположном полюсе рассказ-тайна развился в "ху-дан-ит", то есть классическую детективную роман, которая начинается от трупа и отступает во времени, пока не откроется причина смерти.

Эти два вида концентрируются на характерных для себя видах вопросов, но вопросы эти — что и есть собственно саспенс и тайна — можно найти в любой как должны. Случается, что они бывают использованы в виде дешевых трюков, но так же хорошо могут послужить основой для великой литературы. Шекспир, Диккенс, Достоевский, Конрад, Томас Харди — все эти писатели мастерски овладели искусством задавать интригующие вопросы.

Рассказчик, который убежден, что глубина темы или блестящий стиль письма освобождают его от обязанности ставить вопросы и откладывать ответы на них "на потом", расти брови может совершить самое страшное из литературных преступлений: Разрешение загадки есть для читателя последним утешением — подтверждает триумф разума над инстинктом или порядка над анархией. Проблема с созданием фабулы частично заключается в том, что мы не до конца знаем, чем она, собственно, является.

Мы прочитали достаточно много книг и просмотрели достаточно фильмов, чтобы инстинктивно чувствовать, в чем дело, но инстинкт — не лучший советчик, если речь идет о создании фабулы, как должны. Роман похож на длинное путешествие — если не знаем точной трассы и цели, вероятнее всего заблудимся. Естественно, блуждание может быть и привлекательной частью путешествия, но чаще оно бывает утомительным — когда я писал третий роман, пришлось выбросить результат шести месяцев работы, как должны расти брови, потому что меня угораздило свернуть не расти брови том месте.

Прежде всего расти брови отделить собственно фабулу plot от повествования story. Это разделение поможет адепту писательского искусства не свернуть с главной дороги. Очень просто это определил Форстер, и огромное ему за это спасибо:.

Мы определили повествование, как рассказ о неких событиях, уложенных в хронологический ряд. Фабула — это тоже рассказ о событиях, но ударение здесь ставится на причинности. Временная последовательность осталась сохранена, но ее затмило чувство причинно-следственной связи.

Причина имеет место тогда, когда в следствие одного события наступает другое. Именно эти связи расти брови событиями определяют разницу между набором анекдотов, то есть "повествованием" в Форстеровском смысле, и романом. Повествование тоже может быть интересным, но редко приносит такое удовольствие, как хорошо сконструированная фабула. Потому что без наличия "причины" обычно не получишь ответ на вопрос "что было дальше?

У маленьких детей нет чувства фабулы. Послушайте только их рассказы: А нас привлекают именно эти связи, больше даже, чем сами расти брови Фабулу можно сравнить с вязаным на спицах свитером — одна петля цепляется за другую, и без этих соединений у нас остается только хаотический неинтересный клубок шерсти. Но петли — это еще не все, это только начало, важна еще и форма. Обычно не достаточно просто написать сборник историй, даже интересных, потому что глаз требует еще и форму.

Классическая фабула — это повествование, учитывающее причинно-следственные связи, благодаря чему раскрывается некий замкнутый процесс, стремящийся к какому-то значительному изменению, что, в свою очередь, позволяет читателю испытать эмоциональное удовлетворение.

Это определение стоит разложить на простые составляющие, исследовать его конструктивные элементы. Во-первых, мы говорим о к л а с с и ч е с к о й фабуле. Дело не в том, что герои обязаны говорить по-гречески, но в том, что структура такой фабулы основана на некоей распространенной традиции повествования, а не является результатом поиска новой, собственной формы.

С этой точки зрения, классическими являются большинство рассказываемых историй. Процесс — это событие, которое длится во времени, и по этой причине обладает тремя аспектами: Отсутствие одного их них — обычно середины — это одна из наиболее часто встречаемых причин фиаско той или иной повести.

Третья версия примера, описанного Форстером, показывает, как можно исправить эту ошибку: Никто не знал, — почему, — пока, наконец, не открыли, что причиной этого была тоска, которую она чувствовала по смерти короля", как должны расти брови.

Здесь у нас есть начало королева умерласередина поиск причиныи конец ее открытие. Таким образом, у нас получилась основа фабулы криминальной повести с неожиданным романтическим поворотом в конце. Может, не слишком блестящей, но без сомнения лучшей, чем "Король умер, а потом умерла королева". Этот процесс должен быть замкнут.

Повествование заканчивается тогда, когда у рассказчика исчерпывается расти брови анекдотов. Оно имеет форму прямой линии, тянущейся в бесконечность. В то же время фабулу можно представить как запутанную линию со множеством петель, которая часто заканчивается там же, где началась. Ее замыкание не означает, что надо обязательно позавязывать концы всех свободных ниток, однако читатель должен иметь возможность найти ответ на большинство вопросов, поставленных автором в нашем случае, это вопрос "почему умерла королева?

Эти ответы должны быть поданы либо в прямой форме, либо как предположение. Если читатель, даже располагая всей поданной информацией, не сможет ответить себе на какой-то из вопросов, он почувствует себя потерянным и неудовлетворенным. Между автором и читателем существует неписаный договор: Расти брови развязки — это самый надежный способ разозлить расти брови. Законченный процесс должен содержать в себе и з м е н е н и е, причем значимое.

Повествование как жизнь — события просто наступают один за другим. Иногда в них можно найти какой-то шаблон, но, как правило, его.

как должны расти брови

У меня есть знакомая, тоже пишет повести, жизнь которой складывается, как фабула: Ах, как я ей завидую! Фабула требует какого-то изменения в жизни героя или героини, изменения, которое не является чем-то случайным.

Естественно, это изменение не должно происходить только во внешнем мире: Если, однако, мы откажемся от изменения внешнего, должна произойти какая-то внутренняя перемена, потому что без этого обойтись. Главный герой в конце повести должен быть иным, чем в начале — даже если это как должны расти брови заключаться только в том, что он станет более мудрым и грустным.

Предположим, что роман показывает путешествие героя от пункта А до пункта Б. Б может означать все — счастье, грусть, успех, проигрыш, белые выделения за место месячных все, что угодно, только не А. Если оставить героев в исходном пункте, читатель скажет: Мы не пришли никуда".

Результат этого путешествия должен быть таким, чтобы мы могли почувствовать эмоциональное удовлетворение. Как должны расти брови проза, даже та величайшего калибра, должна предоставлять эмоциональное переживание. Она не обязана сразу вызывать у нас катарсис что дословно означает "очищение чувств через возбуждение сострадания и тревоги"не должна разыгрываться на высочайшем чувственном уровне, но прежде всего обязана пробуждать сердце, а только потом разум. Писатель, обращающийся прежде всего к разуму, должен выбрать форму эссе.

Тэги: Как, должны, расти, брови

Статьи по теме

1 коммент.

  1. Анастасия картинка
    Артем

    уууууу так много... чудно.....

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована. Обязательные поля отмечены *

*

Scroll To Top